Сайт Екатерины Аверьяновой

 

Е.А. Городилина ПОЛИТИЧЕСКОЕ ЗАВЕЩАНИЕ КАРДИНАЛА РИШЕЛЬЕ




 


 

Среди множества политических учений идеи герцога де Ришелье о государственном устройстве, внутренней и внешней политике, власти, праве и обществе представляют особый интерес как цельная и своеобразная концепция. К сожалению, этого талантливого государственного деятеля и теолога у нас знают в основном по произведениям французских писателей, например Дюма-отца или де Виньи, весьма далеким от реальности и являющимся по большей части исключительно плодом фантазии их авторов.

На пути к вершине
Арман Жан дю Плесси де Ришелье родился 9 сентября 1585 г. в семье Франсуа дю Плесси де Ришелье — потомственного дворянина, Главного прево Франции. Его мать, Сюзанна де Ла Порт, была дочерью одного из лучших юристов того времени, адвоката парижского парламента Франсуа де Ла Порта.
Изначально Арман готовил себя к военной карьере, однако судьба распорядилась иначе. После смерти отца семья испытывала значительные материальные затруднения. Одним из основных источников ее немногочисленных доходов было Люсонское епископство, дарованное Генрихом III Главному прево. Епископами здесь долгое время были, в сущности, подставные лица, назначаемые по воле семьи Ришелье. Недовольное люсонское духовенство возбудило канонический процесс, это могло повлечь за собой утрату бенефиция, положение могло спасти только одно — сан епископа должен был принять старший сын, Альфонс. Однако он отказался от этого, принял монашеский постриг, и последней надеждой вдовы Главного прево стало благоразумие младшего сына. Все хорошо обдумав, Арман дал свое согласие, спасая этим бенефиции. В довершение к светскому образованию он прошел курс теологии и защитил диссертацию на степень доктора богословия.
Какое-то время Арман де Ришелье еще оставался в Париже, его проповеди пользовались успехом, к нему благоволил Генрих IV. Казалось, что следовало воспользоваться этим и сделать карьеру при дворе. Но вопреки всем прогнозам и ожиданиям Арман покидает Париж, королевский двор и отправляется в провинцию, в свое епископство Люсон — одно из самых бедных во Франции, "грязное епископство", как его называли. Резиденция его главы выглядела не лучше самого Люсона: мебель, посуда и само здание оставляли желать много лучшего; "невозможно развести огонь без угара; можете судить, что зима мне совсем некстати, и лекарство одно — терпение", — писал Ришелье1.
Несмотря на все трудности и препоны, деятельность молодого епископа протекала весьма успешно. Он добился проведения в жизнь постановлений Тридентского собора, основал в епархии семинарию, отменил случайное или по чьей-то рекомендации назначение священников, отстранил не соответствующих сану, отремонтировал кафедральный собор, всеми возможными средствами он пытался помочь своей пастве — и это лишь малый перечень его деяний. Стараясь добиться снижения налогов, слишком высоких для жителей небогатой провинции, он обращался даже к Максимильену Сюлли, сюрин-тенданту (министру) финансов.
Приняв сан епископа лишь волей случая, Арман де Ришелье оказался достоин его больше, чем многие иерархи того времени. Заслуживают внимания его теологические работы, не потерявшие своей актуальности и сегодня, несмотря на серьезное развитие западного богословия.
В 1614 году Ришелье участвовал в работе Генеральных Штатов как депутат от духовенства; через год был назначен духовником Анны, супруги Людовика XIII, а вскоре занял и пост государственного секретаря по иностранным и военным делам. Время регентства Марии Медичи — тяжелый период для Франции. Происпан-ская политика королевы-матери противоречила взглядам и принципам Ришелье, однако он тщательно скрывал это, пользуясь расположением королевы и оставаясь на своем посту вплоть до окончания регентства.

Опала и высшая милость
В 1617 году по приказу короля арестовали и казнили маршала д'Анкра, фаворита королевы-матери, и его супругу — король не желал больше быть марионеткой в руках Марии Медичи. Регентство завершилось изгнанием недавней правительницы в Блуа. Для Ришелье начался долгий период опалы. Его не спасло ни заступничество его сторонников, ни его непричастность к аферам Кончини.
Однако король не мог обойтись без ссыльного епископа, а Мария Медичи не желала мириться со своим положением и пыталась всеми средствами, включая и вооруженный мятеж, вернуть хотя бы часть былого влияния. Только тонкая дипломатия Ришелье помогла примирить Людовика с матерью и восстановить мир в королевстве. В течение пяти лет положение Ришелье было весьма неопределенным и непрочным, пока в 1622 году он не получил сан кардинала — не без протекции королевы-матери, но прежде всего благодаря своим личным качествам. А в августе 1624 года король назначает его своим первым министром.
Назначение было неожиданным прежде всего для самого Ришелье. Людовик XIII руководствовался не своими симпатиями, на его решение не повлияли ни Мария Медичи, ни сам Ришелье, ни его сторонники. Государству требовалась новая политика; бездарное правление могло привести к гибели королевства. Какие бы личные чувства ни испытывал король к кардиналу, он вынужден был признать, что при дворе нет другого человека, которому можно было бы доверить судьбу Франции. Начиналась эпоха восемнадцатилетнего правления кардинала Ришелье.
"Главный итог государственной деятельности Ришелье, безусловно, состоит в утверждении абсолютизма во Франции. Именно он сумел глубоко и радикально перестроить сословную монархию в монархию абсолютную. Именно он подорвал политическую мощь аристократической оппозиции центральной (королевской) власти, добился существенных успехов в преодолении регионального сепаратизма и сословных партикуляризмов, которым он противопоставил национальный и государственный интерес"2.
Ришелье принадлежит заслуга реализации идеи "европейского равновесия". Он не дожил до окончания Тридцатилетней войны, но победой в этой войне Франция обязана прежде всего ему — "как в Вестфальском (1648 г.), так и в Пиренейском (1659 г.) мирных договорах, установивших новую систему международных отношений, есть немалый его вклад"3. Его политика предотвратила угрозу испано-австрийской гегемонии Габсбургов в Европе. При нем получили развитие морская и колониальная политика Франции, международная торговля; были установлены дипломатические отношения с рядом государств. За время правления Ришелье было заключено 74 международных договора (один из них — с Россией), поддерживались союзнические отношения с протестантскими государствами. Он обеспечил верховенство центральной государственной власти внутри страны и независимость Франции во внешнеполитической сфере; независимость светской власти от церкви.
Важное значение Ришелье придавал развитию во Франции науки и культуры. Он провел архитектурную реконструкцию и внутреннюю реорганизацию Сорбонны (он называл ее "mа Sorbonne"); основал Французскую академию; покровительствовал многим художникам и поэтам — среди них были Малерб, Корнель, Филипп де Шампень, один из лучших французских портретистов XVII века, и многие другие.
Успех политики Ришелье объясняется тем, наверное, что у него не было других интересов, кроме интересов Франции. Он никогда не шел ни на какие уступки, если они могли нанести вред государству, и это стало причиной недовольства его реформами как среди аристократии, так и в народе. Ришелье никогда не претендовал на роль "народного" правителя, как, например, Генрих IV. Кардинал пытался предвидеть будущее — в какой-то мере это ему удалось, в какой-то — нет; даже самый гениальный политик не застрахован от ошибок и неудач.
Не только практика, но и теория
Значение деятельности Ришелье на посту первого министра для Франции и Европы в целом сложно переоценить; однако не меньший интерес представляют и его теоретические работы. Прежде всего, это не далекая от жизни утопия и не отвлеченные рассуждения о недосягаемом идеале, не философские сочинения, оторванные от конкретной действительности; это — взгляды и рекомендации человека, два десятилетия без малого управлявшего государством. Он никогда не рассуждал о всеобщем благоденствии, об идеальном государстве, понимая, что это пустые слова, какие бы теории под них ни подводились, какая бы видимость научности этих теорий ни создавалась. Пока существует общество — существуют и проблемы, требующие разрешения, и пути их разрешения важнее самой безупречной, но недостижимой модели. Государство не может быть идеальным, оно всегда реально; бесплодные мечтания лишь отдаляют от того, что необходимо в действительности. В идеях Ришелье нет ничего общего с мессианизмом Маркса или сетованиями утопистов на несовершенство мироздания.
Основной, хотя и не единственный, источник, где наиболее полно изложены его политические взгляды, — это "Политическое завещание", посвященное Людовику XIII. Оно состоит из двух частей. В первой рассматриваются положение сословий и вопросы административного аппарата, деятельности судей, налоговых служб и Государственного совета; достаточно пристальное внимание при этом уделяется нравственному облику чиновников и государственных деятелей, к которым у Ришелье были весьма высокие требования. Вторая часть посвящена внутренней и внешней политике, а также общим принципам, которыми следует руководствоваться в управлении государством.
Излагая свою политическую концепцию, Ришелье исходит из монархической формы правления, но "Политическое завещание" нельзя назвать апологией монархии — оно отнюдь не защищает или оправдывает существующий строй, и рекомендации Ришелье едва ли бы потеряли свой смысл при другой форме правления. Его цель — благо государства, под которым понимается также благо общества и народа в целом.
Вопреки ошибочному мнению некоторых авторов, будто Ришелье представлял интересы исключительно французской аристократии, его теоретические труды, как и практическая деятельность, явно свидетельствуют об обратном. Государство в его понимании — некое целостное образование, состоящее, безусловно, из совокупности определенных элементов, которые неразрывно связаны между собой и должны находиться в равновесии. Это касается и различных социальных групп или сословий: интерес ни одного из них не может быть выше государственного интереса,
Иногда Ришелье сравнивает государство с телом человека, что, однако, не дает основания объявить его сторонником органической теории, — это не более чем образное сравнение, позволяющее лучше понять его взгляды на соотношение различных слоев общества. "Герцог де Ришелье нанес смертельный удар по исключительным правам и привилегиям аристократии, подчинив ее, как и всех остальных подданных, государственным законам" — отмечает П. П. Черкасов4.
С этим нельзя не согласиться. Впрочем, одну привилегию Ришелье оставил аристократии: с его точки зрения, именно представители дворянского сословия непременно обязаны посвятить всю свою жизнь служению государству, в противном же случае они должны быть лишены дворянского звания. Простому народу герцог не предъявляет подобных жестких требований.
Не допускается и произвол знати по отношению к простолюдинам. "Это порок довольно распространенный среди тех, кто принадлежит этому сословию: насилие и жестокость по отношению к народу, которому Бог дал руки скорее для того, чтобы зарабатывать на жизнь, чем для ее защиты. Крайне важно пресекать подобные беспорядки со всей строгостью, чтобы самым слабым из Ваших подданных, которые безоружны, законом была обеспечена такая же безопасность, как и тем, кто может защитить себя с оружием в руках"5.
Так кардинал Ришелье утверждал верховенство закона, которому должны быть подчинены все граждане государства без исключения; высокое положение не дает права посягать на жизнь, собственность и личную неприкосновенность тех, кто этого положения не имеет. Государство обязано стоять на защите интересов всех своих подданных независимо от их социального и имущественного положения.
Неприкосновенность человеческой жизни и недопустимость самосуда в любой форме достаточно важны для Ришелье: отсюда и его твердое убеждение о недопустимости дуэлей — об этом вся вторая часть главы, в которой рассматривается положение дворянства. И речь отнюдь не о временном контексте, не об искоренении обычая той эпохи — речь о том, что нельзя лишать жизни кого-либо кроме как по законному решению суда. "Правители существуют для охраны своих подданных, а не для их погибели… и невозможно позволить такие поединки, не подвергая невиновного казни виноватого"6. К поединкам должны приравниваться и драки; любое посягательство на жизнь или нанесение телесных повреждений — это преступление, независимо от обоюдного согласия обеих сторон. Только государство вправе определять преступность деяния и наказание; оно обязано охранять своих граждан. Важно не только принимать необходимые законы, говорит Ришелье, обеспечивать их исполнение принудительной силой государства, т. е. создавать механизм для их реализации: "Лучшие законы бесполезны, если они нарушаются"7.

А судьи кто? А мытари? А власть?
Одна из основных задач государства — устранение пороков судебной системы, главные из них — небеспристрастность судей и злоупотребление ими своей должностью в целях личной выгоды (недостаток, свойственный отнюдь не одной лишь Франции XVII в.). Среди способов усовершенствования работы судов Ришелье в первую очередь называет контроль за отправлением правосудия и наказуемость всех злоупотреблений и проступков в судах. А также обязательный для судей возрастной ценз и специальное образование, без которого они не могут быть признаны соответствующими должности. Необходимы органы надзора за деятельностью судов, они рассматривают жалобы граждан, независимо от их положения в обществе, на действия судей, а также пресекают взяточничество и иные злоупотребления в судах, нарушения прав малоимущих слоев населения со стороны более обеспеченных лиц и дворянства. Немаловажно и то, что "судьи не должны вмешиваться ни во что, кроме произведения разбирательства дел королевских подданных, на что они единственно и учреждены"8.
Деятельность налоговых служб также должна осуществляться в строгом соответствии с законом; преступления в этой сфере наносят вред как подданным государства, так и казне. Число сборщиков налогов не должно превышать необходимого; насколько это возможно, оно должно быть сокращено.
Ришелье резко выступает против слишком большого размера налогов, они должны соответствовать реальной возможности плательщика и не наносить ему ущерба. Если же обстоятельства требуют увеличения средств, поступающих в казну, то правители "должны снабдить себя изобилием богатых прежде, чем источать кровь бедных"9. Основную часть налогов нужно собирать за счет платежей наиболее обеспеченных лиц. Что же касается тех сборов, которые платит народ, то государство следует компенсировать их охраной покоя и собственности народа.
Однако наиболее суровые требования Ришелье предъявляет верховной власти и ее представителям. Единственное предназначение короля и Государственного совета — благо страны, общества и народа; ничто, противоречащее этой цели, не может совершаться ни на каком основании. Моральные требования к представителям власти предельно высоки — если, например, Макиавелли допускал, что в крайних случаях государь может совершать действия, предосудительные с нравственной точки зрения, то Ришелье, сам всегда стремившийся поступать в соответствии с нормами христианской этики, не допускал ни малейшего основания для оправдания безнравственного и корыстного поведения власть имущих.
Этический аспект вообще достаточно силен в учении Ришелье, но наиболее ярко он проявляется именно в этом вопросе. Король не имеет права руководствоваться личными побуждениями или эмоциями, он обязан подчиняться лишь разуму и пользе государства; он в полной мере несет моральную ответственность за все последствия своего правления и все свои ошибки. Причина возможных бедствий — не нерадивость подданных, не их проступки, а прежде всего бездарность правителей, их неспособность или нежелание достойно управлять государством. Правители должны "лишаться покоя и не иметь иного удовольствия, кроме как видеть многих людей, живущих в спокойствии под сенью трудов их (правителей) и пребывающих в благоденствии благодаря их лишениям"10.
Королю следует быть благочестивым без ханжества, разумным и справедливым; он должен остерегаться слушать клеветников и льстецов, иметь "чистые руки, сердце и язык непорочные"". Он не имеет права обидеть словом простого гражданина, который заведомо находится в неравном с ним положении, и не может с презрением относиться даже к самому ничтожному из своих подданных. Особая же забота короля — выбор советников: "… хотя бы и был в состоянии править исключительно по своему разумению, должен иметь достаточно скромности и благоразумия, чтобы ничего не делать без доброго совета, так как один глаз всегда видит меньше, чем многие… Разумный правитель — большая ценность для государства, правильный совет — ценность не меньшая, но соединение обоих бесценно, так как от него зависит все благополучие государства"12.

Девять условий Ришелье
Арман де Ришелье — сторонник авторитарной власти и яростный противник тирании, самодурства во всех их проявлениях. Во второй части "Завещания" он приводит девять условий государственного благополучия, первое из которых — необходимость правителей следовать нормам христианской морали и добиваться их исполнения, уважения своими подданными. "Этому ничто не может способствовать лучше, чем достойный образ жизни самих правителей, который является живым законом, действующим сильнее, чем все принятые ими постановления… Несомненно, что какие бы законы король ни издал, исполнение этих законов им самим и его личный пример полезны не меньше, чем все наказания, сколь строги они бы ни были"13.
Второе необходимое условие — разумное правление. "Человек, сотворенный разумным существом, должен все делать по разуму… Как не надлежит делать ничего, что неразумно и неправильно, так не следует желать и того, что не может быть исполнено"14. Управлять следует такими способами, которые привели бы подданных к добровольному подчинению, к осознанию необходимости исполнять законы государства и следовать им по собственному желанию. Ришелье неодобрительно отзывается о тех властителях, которые пользуются лишь силовыми методами и устрашением граждан: с его точки зрения, это не только неправильно, но и неэффективно.
Третье условие — народная польза должна быть единственной целью представителей верховной власти, и во всяком случае ее нужно ставить выше собственных интересов. "Большая часть несчастий, постигших когда-либо Францию, происходила от предпочтения теми, кто ей правил, своей корысти народной пользе"15.
Затем следует размышление о таком необходимом для политика качестве, как дальновидность и умение предусматривать все возможные изменения, какие только могут произойти. Следует учитывать, пишет Ришелье, что причина, на первый взгляд кажущаяся незначительной, может привести к таким последствиям, которые нанесут серьезный вред государству16.
Следующие рассуждения посвящены наказаниям и наградам, международным отношениям и соответствию должностных лиц занимаемому положению.
Как наказание, так и поощрение тех, кто того заслуживает, Ришелье считает одним из основных условий благополучного правления. Безнаказанность преступлений, по его мнению, наносит непоправимый ущерб обществу в целом; к тому же она неизбежно ведет к новым правонарушениям — более тяжелым, чем предыдущие. Однако правосудие ни в коем случае не должно превращаться в жестокость и террор. В делах особенной важности (скажем, государственная измена) следует принимать необходимые меры безопасности даже в случае только подозрения; но чтобы избежать наказания невиновных, надо применять только "безвредные средства", способные пресечь неблагоприятные последствия, и не покарать тех, чья вина точно не установлена. Цель различных санкции — не столько собственно негативные последствия для виновного лица, сколько предотвращение дальнейших преступлений и искоренение преступности как таковой. "Наказания и благодеяния имеют больше значения для будущего, чем для прошлого"17.
Что касается отношений между государствами, то Ришелье прежде всего подчеркивает необходимость непрерывных дипломатических контактов. Важны дружественные отношения с соседними государствами, "потому что их соседство как дает им возможность принести вред, так и может сослужить добрую службу, подобно наружным пристройкам к крепости, которые не позволяют приблизиться к ее стенам"18. Способ ведения переговоров зависит от особенностей каждого государства. Скорее всего можно договориться с теми, где существует монархическая форма правления, обеспечивающая быстрое принятие решений главой государства. В республиках, где эта процедура происходит иначе, заключение договоров требует более длительного срока, "обычно от них нельзя получить желаемого с первого раза, но надлежит довольствоваться малым, чтобы достигнуть большего. Как большие тела движутся медленнее, чем малые, так и государства, состоящие из многих голов, гораздо медленнее принимают решения и их исполняют, чем прочие"19.
Заключая договоры, нужно проявлять исключительную осторожность и осмотрительность, заключив же — свято соблюдать. Данный принцип столь важен для Ришелье, что он отдает предпочтение ему даже перед пользой государства, — единственный случай, когда что-то может быть главнее этого! "Правитель скорее может рисковать своей особой и государственной пользой, чем нарушить слово"20. Кардинала можно назвать предтечей утверждения примата международного права над внутренним.
Седьмое условие, без соблюдения которого невозможно обойтись, — соответствие всех лиц, состоящих на государственной службе, занимаемой должности. "Я хорошо знаю, что невозможно найти таких подданных, которые имели бы все необходимые качества, требующиеся для исполнения возложенных на них обязанностей, но хотя бы главными из них они должны обладать; и раз нельзя найти совершенных, следует выбирать самых лучших".21 Правители не вправе распределять должности, руководствуясь личными симпатиями, которые приводят к назначению неспособных и случайных людей: "Государства никогда не бывают в худшем состоянии, чем когда склонности, которые правитель имеет к кому-либо, приводят к предпочтению этих лиц тем, которые больше полезны обществу"22. Существование временщиков и фаворитов недопустимо — "многие правители погубили себя тем, что предпочитали собственные привязанности народной пользе"23.
Далее Ришелье предупреждает об опасности лести и клеветы: в сущности, он развивает предыдущее положение и еще раз повторяет, что не может быть отстранен от должности тот, кто полезен обществу, по причине лишь того, что он неприятен монарху, и — напротив — нельзя допускать к управлению государством тех, кто преследует лишь свои корыстные интересы.
Наконец, последнее, девятое условие. Оно содержит восемь подразделов, рассматривающих вопросы государственной границы и ее укрепления, армии, флота и обороны, финансов, торговли; дается также ряд рекомендаций о власти и управлении. Хорошую репутацию главы государства Ришелье считает более важной, чем силу и богатство. Правитель должен быть правдив в словах и верен обещаниям; он должен править, опираясь на любовь своих подданных.

Государство как таковое
Характеризуя политические взгляды кардинала Ришелье, нужно еще раз подчеркнуть, что высшая ценность для него, как уже отмечалось, — благо государства. Однако здесь следует уточнить его понимание государства как такового: не некий монстр, не искусственное образование, полностью уничтожающее понятие личности, а прежде всего страна и ее население со своей культурой, традициями, обычаями, национальными особенностями. И не народ нужно приносить в жертву государству, а благо народа — единственная задача государства. Это благо — не идеал, не абстрактное "светлое будущее", достижение которого требует жертвенной крови тысяч людей, а удовлетворение их настоящих потребностей и нужд.
Ришелье не говорит прямо о правах человека — он отсылает к другому источнику, где все они содержатся в полном объеме, — к Закону Божьему. В устах князя Церкви и глубоко верующего человека это не бессмысленная формулировка, он просто не видит необходимости заново пересказывать Евангелие, имеющее для него силу высшего закона. По этой же причине его "Политическое завещание" не дает идеального образа человека или общества, в соответствие которому следует насильно их привести. Ришелье с уважением относится к индивидуальной неповторимости каждого человека и каждой нации; пороки, с его точки зрения, неизбежны, но, как правило, они компенсируются хорошими качествами, нужно только, чтобы этих качеств было все-таки больше, чем пороков. В отличие, например, от Платона, Ришелье не предлагает никаких учреждений, призванных обеспечить "исправление" личности, создание человека, соответствующего требованиям идеального общества.
Право свободы вероисповедания он провозглашал постоянно. Еще в Люсоне, в 1608 году, в первой же своей речи после прибытия в епархию он утверждал, что "разъединенные принадлежностью к разным конфессиям могут быть объединены любовью"24. Это утверждение стало одним из лозунгов современного экуменического движения за межконфессиональный диалог и согласие различных церквей. Однако мало кто знает, что едва ли не впервые в истории произнес эти слова четыреста лет назад, без малого, 24-летний французский епископ, когда в Европе, особенно в Испании, еретиков сотнями отправляли на костер. В "Завещании" Ришелье повторяет, что подданные государства находятся в равном положении независимо от того, какой церкви они принадлежат. Иные способы обращения в католичество, кроме проповеди, кардинал считал невозможными. Нет оснований утверждать, что Ришелье, как представитель французской аристократии, выражал исключительно ее интересы. Один из его биографов справедливо отмечает, что Ришелье сам одновременно представлял все три сословия: его отец принадлежал французской знати; дед по материнской линии не имел знатного происхождения и дворянство ему было пожаловано за его деятельность юриста; сам же Арман де Ришелье был не только политическим деятелем, но и духовным лицом25.
Подобный сословный "синтез" во многом определил и его политику. "Ришелье явился провозвестником "концепции гражданского мира", гармонии интересов всех слоев общества, короля и народа", — считает Ю.В. Борисов26. Тогда в чем же на самом деле заключается суть его взглядов на роль дворянского сословия? Это невозможно понять, если рассматривать, как принято, сквозь призму сословного строя — давно не существующего исторического явления. В действительности речь идет о необходимости существования социальной и духовной элиты, без которой невозможно представить себе полноценное общество.
Здесь важно не происхождение и не имущественное положение. Тонкий психолог, Ришелье понимал, что общественная жизнь, идеология, система ценностей зависят прежде всего от наиболее интеллектуальной и духовно развитой части общества, которая воспринимается — или, во всяком случае, должна восприниматься — остальными социальными группами как некий эталон. И тем, каким он будет, этот эталон, определяется и состояние общества в целом. Отсюда и высокие требования Ришелье к представителям элиты — "нервам государства", его лучшим членам не в силу происхождения, но только благодаря своим личным достоинствам. Те же, чьи качества и образ жизни не могут служить примером остальным, становятся недостойными своего положения и должны быть переведены в число "управляемого большинства" (Гаэтано Моски).
Ришелье заложил фундамент для формирования принципиально нового типа государственной и общественной элиты — не сословной, но интеллектуальной, обладающей не столько привилегиями, сколько многочисленными обязанностями перед обществом, долг которой — всю свою жизнь посвятить благу народа и страны. Согласно Ришелье, чем выше положение — тем более высокие обязательства оно накладывает на тех, кто к нему принадлежит. Именно отсутствие такой элиты приводит к исчезновению единого общества, системы духовных ценностей, моральных норм, к низкому правосознанию и асоциальным установкам — наверное, можно сказать, что именно такая ситуация, к сожалению, сложилась и у нас в настоящее время.
Авторитарная власть, сторонником которой был Ришелье, не имеет ничего общего с тиранией и тоталитарными режимами. Ее назначение — эффективная охрана граждан, безопасность государства, разумное правление, система единого и непротиворечивого законодательства, гарантирующего надлежащее исполнение органами государства и должностными лицами своих функций и защищенность всех слоев населения, а также осуществление внутренней и внешней политики, обеспечивающей экономическую и политическую стабильность, активной роли государства в сфере международных отношений.
Точно так же, как и элита, власть — не привилегия, не неограниченное право, а прежде всего — обязанность, долг перед государством и ответственность перед обществом. Как глава государства, так и высшие должностные лица почти что не вправе иметь личные интересы, считает Ришелье. Потому они и должны в большинстве своем происходить из высших слоев общества, принадлежность к которым гарантирует соответствующее воспитание и обладание необходимыми качествами и чувством долга. С точки зрения Ришелье, человек, воспитанный в другой среде, обладает иным, узким мировоззрением и может быть не готов или не способен нести ответственность за общество и государство.

И в заключение
Идеи Ришелье не антигуманны, не жестоки, не бесчеловечны. Политические мыслители других поколений подчас гораздо более склонны к ограничению личной свободы индивида. Руссо, считающийся одним из наиболее ярких представителей французского Просвещения, полностью одобряет и считает необходимым контроль со стороны государства над религиозным сознанием граждан и применение санкций по отношению к тем, чьи религиозные убеждения не соответствуют навязываемому стандарту.
Ришелье же, которому порой пытались приписывать человеконенавистнические чувства, всю свою жизнь считал свободу вероисповедания неотъемлемым правом каждого человека. Осада Ла-Рошели ни в коем разе не была "религиозной" — речь шла о подавлении оппозиции, угрожавшей безопасности и территориальной целостности государства. Гугеноты Ла-Рошели требовали привилегий — Ришелье отказывался давать привилегии кому бы то ни было: привилегии протестантам нарушали бы права католиков, а Ришелье не допускал зависимости объема гражданских прав от религиозных убеждений. После взятия мятежного города кардинал в первую очередь распорядился доставить хлеб его жителям. Участников вооруженного восстания не преследовали, некоторые его предводители вскоре поступили на службу в королевскую армию.
В целом идеи Ришелье были достаточно прогрессивны для его времени и, как и его практическая деятельность, сыграли значительную роль в дальнейшем становлении Европы и развитии политической мысли. Его теоретические работы представляют интерес не только для истории политических учений, но и с точки зрения политологии, этики, социологии, современной теории государства и права.
До сих пор политические взгляды кардинала Ришелье оставались в нашей стране еще менее изученными, чем история его правления. Однако это вовсе не означает, что они не представляют собой большого интереса для научного исследования. Немногочисленные работы наших авторов, посвященные этому историческому периоду, дают противоречивые и не всегда верные оценки личности и деятельности кардинала. Наверное, наиболее справедливой характеристикой Армана де Ришелье остаются его собственные слова, сказанные им за несколько часов до смерти: "У меня не было других врагов, кроме врагов государства".

http://francexvii.borda.ru/?1-2-0-00000004-000-0-0-1304336174



Создан 06 мая 2011



  Комментарии       
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником
 

До моего Дня рождения осталось 6 месяцев, 28 дней